Лабиринты истории



Два человека, но одно мировоззрение


Еще зимой, 9 февраля, Каменск-Уральский посетила одна из значимых святынь православного мира – икона Божьей Матери «Чимеевская». Старый потемневший лик видел многих – и тех, кто снимал образ с водной глади реки Нияп, и кто молился перед ним либо совершал требы. Помнит она и времена богоборчества, когда храм превратили в зерносклад, а на саму икону замахнулись топором. Знает она и священников, которых безвинно арестовывали и убивали. Внучка одного из них, иерея Александра Бердинских, живет в нашем городе. Евстолия ЦЫБИНА уже не первый год собирает по крупицам историю жизни своих предков. Евстолия Петровна делится: «Оба моих деда были священниками, мамин папа был из династии служителей культа». С него и начнем рассказ.

Каменский рабочий, Каменск-Уральский

Автор: Антон ЯДРЕНИКОВ. Фото предоставлены Евстолией Цыбиной

МАКЕДОНИЙ ДОБРОВ: ОТ ПОКАЯНИЯ К МУЧЕНИЧЕСТВУ

Македоний Алексеевич Добров родился в 1888 году в селе Бегишевское на территории нынешней Курганской области. Он был вторым ребенком в семье дьякона. Конкретную дату рождения сейчас назвать трудно – либо 24 января, либо 25 апреля, либо 5 сентября. В дореволюционной России имена давали по святцам, и на эти числа приходилась Память того или иного святого Македония. Отец будущего священника умер рано, в 27 лет, невольно взвалив на плечи 22-летней жены хозяйство и заботу о трех детях. У Анны Ивановны практически не оставалось средств для содержания семьи. На помощь пришел свекр Степан Добров, который устроил ее на работу в просфорню села Лопушки. 

С фамилией Добровых связан интересный факт: у вышеуказанного Степана было два брата - Антониан и Григорий. Все трое - священники одной епархии.

Но в какой-то момент братьев начали путать – поди разберись, к кому из трех иереев Добровых следует обращаться. Поэтому епархиальное начальство решило поменять двум из них фамилии. Так первый стал Добролюбовым, второй – Добронравовым, а фамилия третьего, Степана, осталась неизменной.

К слову, смена фамилии среди духовенства – обычная практика того времени. Нередко ими «награждали» сразу по окончании семинарии. Отличники получали «праздничные» - вроде Богоявленского, Преображенского или Воскресенского, а те, кто учился плохо, «птичьи» - Дроздов, Воробьев, Воронов. 

Повзрослевшие сыновья Анны Ивановны решили пойти по стопам отца и деда – тоже стать священниками. Старший, Иннокентий, поступил в Тобольскую духовную семинарию, а Македоний - в Курганское духовное училище. Иннокентий пробыл в священниках не очень долго – в 1916 году он снял с себя сан и стал работать школьным учителем. 

А Македоний «отличился» еще в училище – в 1905 году он примкнул к одному из тайных обществ Кургана, был поставлен там секретарем. Разумеется, когда об этом узнали, Македония выгнали из училища с особой пометой (говоря нынешним языком, выписали волчий билет) 

Уже казалось, что нарушилась связь поколений, но выручили деды Добролюбовы-Добронравовы. Раскаявшегося Македония устроили псаломщиком в Свято-Ильинский храм села Елошного. Там же он нашел свою любовь – Елену Ивановну Иванову, на которой и женился в 1910 году. У пары родилось 10 детей. 

Видимо, епархиальные власти простили Македонию его проступок с тайным обществом - в дальнейшем его даже рукоположили во священники. Последовали переводы из одного храма в другой. 

Тем временем началась гражданская война. В селения приходили то красные, то белые. Однажды зимним утром Македоний Алексеевич, нося сено для домашней скотины, обнаружил в стогу солдата. Не спрашивая о политических взглядах, священник спрятал его в санях, накрыв шубами и соломой. Тем же днем батюшка выехал из села – нужно было провести требы в закрепленных за ним деревнях. Незаметно для окружающих он вывез бойца и указал нужную ему дорогу. Ну а после того как Македоний вернулся, он узнал, что белогвардейцы провели обыск в его доме. Никого не найдя, они ушли. 

Отгремели бои гражданской, жизнь, казалось, ложилась в нужное русло. В 1930 году, проживая в деревне Речкина, Македоний Алексеевич встретился со своим будущим родственником – иереем Александром Бердинских. Тот как раз искал жену для своего среднего сына. Невеста нашлась тут же – ей стала дочь священника Клавдия Македоновна. Венчание молодой пары состоялось 21 января 1931 года в Покровской церкви села Шмаково. Таинство провел отец Македоний. 

Ну а вскоре после этого красная власть направила Македония Доброва на принудительные работы. Как раз шло расширение веток Южно-Уральской железной дороги, и батюшка оказался на строительстве ж/д станции Решетуй (ныне Кособродск). С семьей священника поступили проще: жену и детей сослали в деревню Поляковскую Тюменской области. 

Когда срок принудительных работ закончился, Македоний Алексеевич воссоединился с родными. Последним местом, где жил священник, стала деревня Нагорка. Батюшка стал клириком Михайло-Архангельского храма в селе Глядянском. Прослужил он до 6 октября 1937 года. 

Решением районного отдела НКВД отец Македоний был арестован за «участие в контрреволюционной повстанческой организации духовенства» и в течение месяца переправлен в Челябинск.

Суд состоялся 26 ноября. Решением тройки УНКВД иерей Македоний Добров был приговорен к расстрелу. Приказ привели в исполнение 27 января 1938 года, расстреляв священника на печально известной Золотой Горе.

Перед Великой Отечественной войной на сына батюшки Антонина Македоновича, служившего тогда в НКВД, обратил внимание один из инспекторов, приехавших в отдел с проверкой. Мужчине сразу бросились в глаза редкие отчество и фамилия сотрудника. В деликатных разговорах выяснилось, что инспектор – это тот боец, которого иерей Македоний вывез в гражданскую войну из села, накрыв шубами. Так как вовсю шла чистка наркомата, инспектор, помня о доброте, посоветовал Антонину для своей же безопасности отречься от отца и перевестись на службу в дальние регионы страны. Антонин так и сделал…

АЛЕКСАНДР БЕРДИНСКИХ: ЖИЗНЬ В САПОГАХ

Второй дед Евстолии Цыбиной - бывший настоятель чимеевского храма во имя Казанской иконы Пресвятой Богородицы. Звали его Александр Тимофеевич Бердинских. Родился он в 1881 году в крестьянской семье села Устиново, что под Вяткой (ныне город Киров). У четы было мало своей земли, поэтому взрослевшие сыновья уезжали на заработки в другие города и села. Так Александр освоит сапожное ремесло и начнет шить добротную обувь. В поисках денег он ездил в деревни Байкалово, Пальмино, Бральгино, Старо-Шадрина, Чимеево, часто возвращался в село Сазоново. Во время одного из таких «путешествий» Александр познакомился со своей будущей женой Татьяной Ивановной.

У Александра Тимофеевича была странная привычка – он всегда ходил в сапогах по свежевымытым полам. Причина этого коренилась в детстве – маленький Саша из-за продолжительной болезни встал на ноги только в пять лет. А ходить его учили… по мокрому полу.

Все бы ничего, но в крестьянских избах некрашеные полы мылись с песком или битым красным кирпичом. Видимо, в детстве Александр часто колол и без того неокрепшие ноги осколками «печнины». Поэтому будучи взрослым мужчиной, он невольно остерегался сырых досок.

Как и большинство крестьян того времени, Александр был глубоко верующим человеком. Отчасти потому в 1915 году он пошел на фронт Первой мировой – защищать родину было (и есть) важной задачей для любого православного. Несмотря на то, что бои Империалистической войны стали одними из самых кровавых в истории, Александр вернулся домой, не получив ни единого ранения. 

В 1929 году семью Александра Тимофеевича, проживающую в селе Чимеево, раскулачили. Как выяснилось, причиной стала «необыкновенная швейная машинка, которая шила кожу». Всю семью лишили гражданских прав. Трудно сказать, каким ремеслом занимался мужчина целый год. Однако можно быть уверенным, что и здесь его поддерживала вера - Александр был завсегдатаем чимеевской Казанско-Богородицкой церкви, где пел на клиросе. Тем временем большевики, выполняя программу полного уничтожения религии, начали проводить репрессии священства. После ареста настоятеля Василия Соколова в Чимеево не осталось пастырей. Тогда взгляд епархиального правления пал на Александра Бердинских. 

В 1930 году мужчина был рукоположен во иереи. Удивлены были многие, а, прежде всего, сам новоявленный батюшка Александр. Он не знал некоторых канонов, а слова богослужебных песнопений произносил по памяти, однако епархию это не смутило. В декабре того же года священник вместе с сыном Петром решили съездить на родину в Вятку. По пути они оказались в деревне Речкина, где познакомились с иереем Македонием Добровым. А спустя полтора месяца их дети поженились. По давней традиции таинство Венчания должен был провести отец жениха Александр Бердинских. Однако по своей «малограмотности» он передал это право свату Македонию. 

Отец Александр был приходским священником семь лет. Не сохранилось свидетельств, каким он оказался пастырем, но присягу, данную перед Богом он выполнил – за время службы он не единожды отражал атаки новой власти, которые пытались закрыть храм, сбросить колокола или снять с куполов кресты. 

Вполне вероятно, поэтому в 1937 году на него обратили внимание органы госбезопасности. Александр Тимофеевич был арестован 7 сентября сотрудниками Чашинского райотдела НКВД. В бумагах значилось, что священник, «являясь служителем религиозного культа занимался антисоветской агитацией».

Арестовывали его, не поднимая большого шума. Сотрудники пришли днем, когда дома, кроме самого батюшки, никого не было. Тогда же были арестованы сельский врач, портной и фотограф. А 15 октября того же года решением тройки УНКВД по Челябинской области батюшку осудили на 10 лет лагерей с правом переписки.

Александра Тимофеевича направили в Архангельскую область в поселок Мирный, где сегодня высится космодром Плесецк. Из лагеря родным приходили редкие письма. Оказалось, что там он занимался старым ремеслом – шил обувку. 

Умер Александр Тимофеевич 10 мая 1942 года. Примечательно, что за полгода до этого его сына Петра призвали в армию. Направляясь на фронт, он ехал мимо тех мест, где сидел его отец. Знал ли он об этом? Вряд ли, хотя возможно, что догадывался.

Иерей Александр Бердинских скончался в стационаре 7-ого лагпункта Ванднышенского участка. Свою печальную роль сыграли порок сердца, и поливитаминоз. На следующий день тело священника было захоронено недалеко от поселка Волошка. На груди положили доску с написанной на ней фамилией. 

Примечательно, что прихожане чимеевского храма выслали батюшке посылку с сухарями и 100 рублей денег, однако до адресата она уже не дошла. Передачку получил другой заключенный, занявший нары умершего священника. 

ПРОШЛОГО НЕ ВЕРНУТЬ 

И иерей Македоний, и отец Александр были реабилитированы в 1969 году. Следственный комитет отменил постановление НКВД, не найдя в преступлении даже состава. Тем самым обоих священников можно смело назвать мучениками, пострадавшими за веру. Да, они не канонизированы и вряд ли будут, однако это нисколько не умаляет их духовного подвига. Вполне возможно, что ныне их души стоят рядом с Богом. А если и нет, то шанс оказаться в раю все же есть - монахи Свято-Казанской обители в селе Чимеево молитвенно вспоминают убитых батюшек. 

С места последнего служения отца Александра настоятель монастыря игумен Серафим Дмитриев прислал такие строки: «С 21 апреля 2010 года в список постоянного поминания внесены имена священнослужителей иерея Александра и иерея Македония». На Золотой Горе под Челябинском отцу Македонию Доброву поставлен памятник. Раз от раза возле могилы проходят богослужения.

Расскажите о нас!

Адрес

Редакция: 623400, г. Каменск-Уральский, ул. Чайковского, 29   Юридический адрес:
623400, Свердловская обл.,
г. Каменск-Уральский,
ул. Ленина, 3              

Контакты

Email: report@kamensktel.ru         
Телефон: +7 (3439) 39-88-39