Правила жизни



На афганской земле


В четверг, 15 февраля, в России отмечается годовщина окончания вывода войск из Афганистана. Эта война затронула судьбы многих людей нашей страны, и каменцам тоже пришлось хлебнуть обжигающего афганского ветра. И сегодня в городе по-прежнему живут те, кто помнит не понаслышке об афганском конфликте. Один из них – Валерий СЕДАЕВ (на фото), служивший в ДРА с 1981 по 1983 годы. К сожалению, в наши дни бытует стереотип, будто в Афгане оказались лишь десантники и пилоты ВВС. Валерий Михайлович отрицательно качает головой: он прибыл в Афганистан в составе пограничных войск, знаменитых «зеленых фуражек». И задачи, которые выполняли погранцы, были очень опасными.

Каменский рабочий, Каменск-Уральский

Каменский рабочий, Каменск-УральскийКаменский рабочий, Каменск-УральскийУ нас было правило: всегда смотри под ноги. Если что-то где-то лежит – не трогай. Игрушки, большие камни – все это могло быть заминировано.

Меня до сих пор радует тот факт, что я стал пограничником. У нас это практически династия – мой дядя, Владимир Степанович Седаев, тоже служил на заставе.

О той войне говорить не люблю. Много кому она попортила жизнь. Парни совсем молодыми погибали. У других увечья серьезные. Иногда задумываюсь: а как я-то жив остался? Вникаешь и осознаешь – соблюдали инструкции, на рожон не лезли. Как бы все закономерно получается…

О том, что попаду в Афганистан, я и не подозревал. В начале армейской службы я оказался в Благовещенске. Потом по распределению попал в сержантскую школу в Биробиджане. По окончании опять уехал в Благу (Благовещенск – ред.), на вторую пограничную заставу, отслужил там месяца два. Как-то приходит командир, докладывает о спецкомандировке. А куда – не говорит. Утром пришел автобус, отвез отряд в Благовещенск. Оттуда – в Хабаровск, далее – в среднеазиатские республики СССР. Укомплектовали нас и погнали в город Керки в Туркмении. Там мы проходили необходимую для Афгана подготовку: стреляли, ползали по горам, бегали с рюкзаками. Сначала ранцы почти пустыми были, чтобы попривыкли, а потом в них клали все больше и больше груза. Под конец полностью укомплектованные бегали.

Навыки таскания очень пригодились. Ведь что входило в ранец? Во-первых, сухой паек на трое суток. Во-вторых, цинк (коробка – ред.) патронов. В-третьих, теплые вещи. У меня, как у сержанта, была еще ракетница. Поднаторели в таскании до того, что эти рюкзаки хватали одним лишь пальцем и закидывали на плечи.

Из основного оружия – автомат АКС-74У. Но, опять же, все зависело от того, на какой должности стоял солдат. У пулеметчика был пулемет, у гранатометчика – АК, РПГ и пара гранат за спиной. Минометчики таскали на себе разобранное орудие – один трубу несет, другой плиту-лафет, третьи – ящики со снарядами.

Первое время мы делали себе специальные жилеты, чтобы носить автоматные магазины на теле и при возможности быстро их доставать. Потом эти жилеты стали шить на заводах и присылать нам. Патронов при себе было много: четыре магазина в подсумке, четыре – в карманах, два спаренных магазина в автомате и в жилете еще 16 колодок.

Афганистан очень красив. Горы, поля… Но днем там очень жарко, невольно стали скучать по Благовещенску с его влажным климатом. А ночь в Афгане чересчур холодная, приходилось спать в валенках. Как-то нам удалось побывать в Мазари-Шарифе, одном из крупнейших городов страны. Вот где действительно красота! Восхищались его старинной архитектурой, знаменитой Голубой Мечетью, где был похоронен халиф Али, брат пророка Мухаммада. Но в городах мы бывали редко, в основном нас направляли в села.

Еще в учебке нам рассказывали, как «чесать» кишлаки. Вроде бы ничего сложного, но напряжение испытывали… Началась практика – в принципе, то же самое. Да, было опасно, что из каждого угла на тебя могли напасть, тем более что не знаешь, кто именно твой враг. Начнется стрельба – стреляешь в ответ, бросишь гранату и опять отстреливаешься… Прочесывали кишлак, если случались какие-то засады, обстрелы, похищения. В таких случаях мы брали его в кольцо, после чего в село сначала заходили подразделения Царандой (Царандой – МВД Афганистана с 1978 по 1992 гг. – ред.), а затем наши группы. Выводили из домов всех жителей, отводили на фильтровальный пункт, где с ними начинал работать Царандой – проверять документы, проводить допросы.

Во время прочесывания находили много чего интересного. Чаще всего оружие. Но как-то раз душманы похитили наших специалистов-газовщиков. Пришлось «чесать». Нашли их живыми. А оружие попадалось разное. Где-то современные АК, а иной раз – натуральные музейные экспонаты: старая однозарядная «берданка», ППШ времен Второй мировой. Но что характерно, все работало, все стреляло. Оружие себе не брали, у самих этого добра было достаточно. Отдавали в Царандой.

Схроны душманов были большими, а вход в них – узкий. Афганцы заложат его ветками, и даже не поймешь, что есть дыра. Часто их устраивали в домашних пристройках, еще чаще – на плантациях винограда. Приходилось потрудиться, чтобы найти тайники. Ходишь, каждую кучу палкой ворошишь, ветки поднимаешь... Находишь схрон, смотришь вниз и не видишь дна. Когда залазишь в него, то оказывается, что там катакомбы с десятками ходов.

Афганцы – очень сильный враг. Особенно, если воюют в горах. Они же у себя на родине. Для них каждый камень, каждый холм, каждый увал – надежное убежище. Да и воевать они умели. А мы… Нас с борта (на военном жаргоне – вертолет – ред.) высадили, так мы сели и сидим, чего-то ждем… Начинают по нам стрелять, а не поймешь откуда. Кругом горы, акустика хорошая, звуки сильно резонируют, не определить, с какой стороны палят. Обстрелы, как правило, они проводили ночью, а днем превращались в «законопослушных» граждан. Работали на плантациях, например. Но что правда, то правда – воевали все. Не только мужчины, но и старики, женщины, дети.

У нас было правило: всегда смотри под ноги. Если что-то где-то лежит – не трогай. Игрушки, большие камни – все это могло быть заминировано. Когда заходили в кишлак, то впереди всегда шли саперы с миноискателями. За ними на расстоянии – две группы бойцов, которые прикрывали от возможного обстрела с холмов. Еще дальше – БТР с боеприпасами. К слову, на ногах у нас были сапоги, потом появились ботинки с шипами, чтоб лазить в горы.

Засады – это страшное дело. Допустим, колонна заходит в ущелье. Душманы миной или из гранатомета подрывают первую машину, чтобы колонна встала, потом последнюю, чтобы не вышла. А потом бьют в середину. Тогда просто ужас начинался, кровавая баня…

Со временем нас стали направлять на сопровождение колонн. Перед маршем в воздух посылали МиГи, они зачищали территорию. В это время нас на ЗИЛах привозили в вертолетный полк, там – садили на борта, чтобы по возможности мы могли обстрелять душманов сверху. Затем нас сбрасывали на точку – там окапывались, ждали, когда пройдут машины.

Как-то сами попали на засаду. Летим, и тут борта начали садиться – нас обстреляли. Ущелье большое, сверху толком не понять, откуда стреляют. Но обнаружили. Во главе с командиром-лейтенантом стали их преследовать. Догнали. Приказ есть приказ, а приказывали уничтожить. Уложили всех.

Всю службу я пробыл в звании сержанта на должности командира отделения. Под моим руководством – шесть бойцов. Перед тем как уйти на дембель, дали старшего сержанта. К слову, в Афгане мы переслужили че- тыре месяца – ждали, пока пополнение пришлют да обучат.

Будучи уже в Каменске, слышу стук в дверь своей квартиры. Открываю, а там человек из горотдела, говорит: «Тебя срочно вызывают в КГБ в Свердловск». Сразу начал думать, что я сделал не так. Пока ехал, тоже соображал, но ничего противозаконного так и не вспомнил. Плюнул: будь что будет. Прихожу в отдел, меня встречает полковник. Проверил документы, и мы пошли на пятый этаж. Всю дорогу молчали. Когда привел в кабинет, полковник спросил: «Знаешь, зачем тебя вызвали?» Качаю головой, мол, без понятия. А он мне дает наградной лист! В бумаге написано: «Седаев Валерий Михайлович награждается медалью «За отвагу»!» Выдохнул с облегчением, порадовался. Однако до сих пор не знаю, за какой именно подвиг наградили.

Иные говорят, что после войны им тяжко. Не скажу, что такое же было со мной. Да, снились поначалу кошмары, потом это стало уходить. С ребятами-сослуживцами связи не теряем, встречаемся на День пограничника. Не так давно было 30-летие нашей десантно-штурмовой маневренной группы, много парней приехало. Посидели, повспоминали молодость. Периодически встречаемся с каменскими пограничниками.

Погранвойска – настоящее братство по оружию. Там, где служил я, коллектив оказался действительно дружный. Не было такого, чтобы кто-то с кем-то поругался или по роже треснул. Посылка пришла – пожалуйста, угощайся. Вывалишь ее на стол, попьем чай, покушаем… А сейчас, к сожалению, такого нет. В основном в армии каждый сам за себя. И это очень неправильно. Надо, чтобы армия воспитала настоящего мужика, а не волка-одиночку. Нас она воспитала именно мужчинами!

Автор: Записал Антон ЯДРЕННИКОВ. Фотографии предоставлены героем материала

Расскажите о нас!

Адрес

Редакция: 623400, г. Каменск-Уральский, ул. Чайковского, 29   Юридический адрес:
623400, Свердловская обл.,
г. Каменск-Уральский,
ул. Ленина, 3              

Контакты

Email: report@kamensktel.ru         
Телефон: +7 (3439) 39-88-39